Рубрика: "Приговор до суда"
Истории из практики бюро «Соколов и Партнёры»

Екатерину обвиняют в причинении вреда здоровью ребёнка, которого она спасла из проруби. Родители мальчика подали гражданский иск на 200 000 рублей. Моя задача — доказать, что её действия были единственно возможными в сложившихся обстоятельствах и что она действовала в условиях крайней необходимости.

Первым делом я провёл детальную реконструкцию произошедшего.

🌊 РЕКОНСТРУКЦИЯ

Я привлёк специалиста по спасению на водах — инструктора водноспасательной службы с двадцатилетним стажем, имеющего опыт работы именно на зимних водоёмах в условиях тонкого льда.

Перед ним стояли конкретные вопросы:

Первое: были ли у Екатерины иные способы извлечь ребёнка из проруби без физического контакта, учитывая конкретные обстоятельства (отсутствие снаряжения, время суток, состояние льда, температуру воды, возраст ребёнка и его состояние)?

Второе: является ли рывковый захват за руку стандартным и допустимым приёмом при извлечении тонущего ребёнка из проруби в условиях отсутствия специального снаряжения?

Третье: мог ли перелом лучевой кости стать неизбежным следствием данного приёма при описанных обстоятельствах?

Заключение специалиста было однозначным по всем трём пунктам.

Первое: в условиях отсутствия верёвки, доски или иного подручного средства достаточной длины, при активном уходе ребёнка под воду (что ограничивает временной ресурс до нескольких десятков секунд), единственным реально доступным способом немедленного спасения являлось именно прямое физическое извлечение. Ожидание специализированной помощи (скорая помощь, МЧС) при описанном состоянии ребёнка и температуре воды с высокой степенью вероятности привело бы к его гибели до прибытия бригады.

Второе: захват за запястье или предплечье с последующим рывком вверх является стандартным, единственно доступным для неподготовленного спасателя приёмом при данных обстоятельствах. Иные способы захвата (за одежду, за туловище) при описанном положении ребёнка в проруби физически были труднодостижимы.

Третье: рывок вверх с усилием, необходимым для преодоления веса ребёнка и инерции водной среды, при фиксации захвата в области запястья создаёт нагрузку, способную при определённых анатомических особенностях (у детей кости менее плотные, зоны роста уязвимы) вызвать трещину или перелом даже без какой-либо небрежности со стороны спасающего. Это известный и задокументированный в профессиональной среде риск подобных ситуаций — он не является следствием неправильной техники, а следствием физики процесса.

📐 ХРОНОЛОГИЯ СЕКУНД

По показаниям очевидцев и данным с телефона одного из прохожих (тот успел снять часть происходящего на видео, ещё не понимая, чем всё закончится) удалось восстановить хронологию:

⏱ 0:00 — мальчик проваливается под лёд
⏱ 0:08 — Екатерина начинает движение к проруби
⏱ 0:23 — оценивает обстановку (ложится на лёд, пытается достать без вхождения в воду — не достаёт)
⏱ 0:31 — входит в воду
⏱ 0:47 — поднимает ребёнка на кромку льда
⏱ 0:52 — выталкивает его на твёрдую поверхность

Меньше минуты от момента провала до момента, когда мальчик оказался вне воды. Меньше минуты в ледяной воде — у ребёнка, который без посторонней помощи не выбрался бы.

Специалист по спасению на водах, ознакомившись с хронологией, добавил в своё заключение ещё один вывод:

«Действия Екатерины соответствуют поведению грамотно действующего неподготовленного спасателя, максимально использовавшего все доступные ресурсы в условиях дефицита времени, снаряжения и возможностей. Промедление на любом из этапов могло стоить ребёнку жизни.»

⚖️ ПРАВОВАЯ ПОЗИЦИЯ

Я выстраивал защиту на двух основаниях.

Первое — крайняя необходимость (ст. 1067 ГК РФ): вред, причинённый в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами, должен быть возмещён лицом, причинившим вред. Однако, учитывая обстоятельства, при которых был причинён такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинившего вред.

Простым языком: закон прямо предусматривает, что суд может освободить Екатерину от возмещения вреда полностью — именно потому, что вред был причинён при спасении жизни ребёнка.

Второе основание: полное отсутствие вины в форме умысла или неосторожности. Перелом стал неизбежным следствием физики процесса спасения в конкретных обстоятельствах, а не результатом небрежных или неправильных действий.

Но у иска были и свои аргументы. И истцы (родители мальчика) не собирались отступать.

🔎 ПОЗИЦИЯ ИСТЦОВ

Их представитель настаивал:

«Ответчик не является профессиональным спасателем и не имела права предпринимать спасательные действия, если не обладала необходимой подготовкой. Надлежащим поведением в данной ситуации было бы вызов спасательных служб и попытки помочь с берега без физического контакта с пострадавшим. Вместо этого ответчик предприняла действия, повлёкшие причинение вреда здоровью ребёнка.»

Я записал эту фразу дословно. И именно она стала центральным эпизодом в судебном заседании.

⏳ Завтра — Часть 3: «ВОПРОС К ЭКСПЕРТУ»

Там — момент в суде, когда представитель истцов произнёс фразу, которая фактически уничтожила всю позицию обвинения. И свидетель, которого я не планировал вызывать, но который изменил всё.